Ирвин Шоу (Irwin Shaw) - Статьи - Жизненный путь Ирвина Шоу

Все статьи

Жизненный путь Ирвина Шоу

Ирвин Шоу - американский прозаик и драматург. Родился 27 февраля 1913 года в Нью-Йорке, в семье евреев-иммигрантов из России. Детские и юношеские годы провел в Бруклине, где в 1934 году окончил со степенью бакалавра Бруклинский колледж. Затем Ирвин Шоу писал сценарии на радио для популярных шоу "Энди Гамп" и "Дик Трейси", позже недолгое время работал сценаристом в Голливуде.
В 1935 году появилась первая пьеса Шоу - "Похороните мертвого", через год поставленная на Бродвее. По возвращении писателя в Нью-Йорк, его рассказы начали публиковать журналы "Нью-йоркер" и "Эсквайр", а в 1939 году был выпущен сборник рассказов "Моряк из Бремена".
В годы Второй мировой войны Ирвин Шоу служил в американской армии, воевал в Северной Африке и Европе, был свидетелем освобождения Парижа. Его военные впечатления легли в основу романа "Молодые львы" /1948/, на долю которого выпал огромный успех - он стал бестселлером и был к тому же высоко оценен критикой. Сцены фашистского варварства писатель чередует с реалистическими зарисовками произвола и национальной дискриминации в американской армии.
В 1951 году был опубликован второй роман Ирвина Шоу "Спертый воздух", в котором писатель передает инквизиторскую атмосферу эпохи маккартизма. В том же году Ирвин Шоу покинул США. Четверть века он провел в Европе, жил во Франции и Швейцарии.
В это время выходят в свет романы "Богач, бедняк", "Нищий и вор", а также сборник "Рассказы десятилетия", в котором представлены лучшие новеллы писателя, отличающиеся изяществом стиля и точностью характеристик - и психологических, и социальных: "Матрос с "Бремена", "Добро пожаловать в большой город", "Любовь на темной улице", "Господь был здесь, но рано ушел".
Ирвин Шоу - автор, обладающий поистине уникальной способностью соединять в своих произведениях глубину, увлекательность напряженной интриги и поразительное знание человеческой психологии. Умело выстроенный сюжет, захватывающая интрига, отшлифованные до совершенства диалоги, яркие образы персонажей и эмоциональный накал чувств - все это составляющие неповторимого стиля Шоу-новеллиста. Он стал одним из немногих писателей, способных облекать высокую литературную суть в обманчивую простую форму занимательной беллетристики. Его книги легко читаются - и при всей своей внешней "легкости" и "удобности" поднимаются высоко над уровнем обычного "чтива", развлекают - но заставляют сопереживать и размышлять.
Скончался писатель 16 мая 1984 года в Давосе /Швейцария/.
Ирвин Шоу останется в истории американской литературы как автор книг, отмеченных истинным гуманизмом, проникнутых реальной болью и тревогой за человека, уверенностью в том, что человек, говоря словами Фолкнера, "выстоит и восторжествует".
Романы Ирвина Шоу не только неизменно становились бестселлерами, многократно переиздавались и экранизировались, но и вошли в золотой фонд литературы ХХ века.

Источник: http://base.ijc.ru/

Тем временем:

... Но этот последний решительный взлет никак не давался старому мэтру, хотя его чувства были напряжены и пронзительны чрезвычайно, хотя непогрешимый математический расчет неуклонно вел его к прекрасному заключению. Внезапно его мозг словно бичом хлестнула страшная мысль. Что, если уже в начале его гений дошел до своего предела, и у него не хватит сылы подняться выше? Ведь тогда неслыханное дотоле соло не будет окончено! Ждать, совершенствоваться? Но он слишком стар для этого, а молитва помогает только при создании вещей простых и благочестивых. Вот эти муки творчества, удел всякого истинного мужчины, перед которыми жалки и ничтожны женские муки деторождения. И с безумной надеждой отчаяния старый мэтр схватился за скрипку, чтобы она закрепила ускользающее, овладела для него недоступным! Напрасно! Скрипка, покорная и нежная, как всегда, смеялась и пела, скользила по мыслям, но, доходя до рокового предела, останавливалась, как кровный арабский конь, сдержанный легким движением удил. И, казалось, что она ласкается к своему другу, моля простить ее за непослушание. Тяжелые томы гордых древних поэтов чернели по стенам, сочувствовали скрипке и как будто напоминали о священной преемственности во имя искусства. Но неистовый мэтр не понял ничего и грубо бросил в футляр не помогшую ему скрипку.
     Лежа в постели, он еще долго ворочался, не будучи в силах заснуть. Словно грозящий багряный орел, носилась над ним мысль о неоконченном соло. Наконец, милосердный сон закрыл его очи, смягчил острую боль в висках и с ласковой неудержимостью повлек по бесконечному коредору, который все расширялся и светлел, уходя куда-то далеко. Что-то милое и забытое сладко вздыхало вокруг, и в ушах звенел неотвязный мотив тарантеллы. Утешенный, неслышный, как летучая мышь, скользил по нему Паоло и вдруг почувствовал, что он не один. Рядом с ним, быть может, уже давно, шел невысокий гибкий незнакомец с бородкой черной и курчавой и острым взглядом, как в старину изображали немецких меннезингеров...

Гумилев Николай Степанович   
«Скрипка Страдивариуса»